В итоге благодаря либерализму
верхов Нового Орлеана и "распущенности" его рядовых граждан в городе
создалась та атмосфера терпимости, которую в любом другом североамериканском
городе сочли бы аморальной. Господство подобных нравов,
разумеется, мешало развитию колонии. Но гораздо в большей степени оно
сдерживалось нехваткой рабов. Поскольку Карибские острова были ближе к
источникам пополнения рабочих рук, чем Луизиана, их обитатели перехватывали
прибывающих из Африки невольников. Как считает известный историк и
исследователь джаза Куртис Джерд, основной наплыв черных рабов в Луизиану
произошел в самом конце Гражданской войны, когда плантаторы-тори, опасаясь
расправы со стороны победителей-северян, бежали на Юг в надежде обрести там
безопасность. При этом они прихватывали с собой и рабов. Поэтому вполне
возможно, что предки Армстронга прибыли в Новый Орлеан пешком из Джорджии или
Каролины, а не на работорговом судне со стороны Карибского моря. Когда в 1803 году Соединенные
Штаты приобрели у Франции Луизиану, а вместе с ней и Новый Орлеан, начался
процесс американизации. В город стали прибывать азартные дельцы, чтобы найти
применение своим капиталам, охотники за пушным зверем, лесорубы и барочники,
чтобы продать свои товары и потратить заработанные деньги. Многие из них
настолько ассимилировались, что перешли с английского языка на французский. Еще
охотнее они восприняли господствовавшие в городе либеральные нравы, которые, по
всей вероятности, пришлись им больше по душе, чем суровая мораль кальвинизма,
еще сохранявшего свое влияние на Севере. Во всяком случае, и после
присоединения Луизианы к Соединенным Штатам новоорлеанцы продолжали пить вино,
развлекаться на балах и содержать любовниц. К началу XIX века город, вставший на
месте соединения великого американского речного пути с морем, превратился в
крупный порт, где процветала посредническая торговля хлопком, живым скотом и
сахаром. Наиболее удачливые сколачивали целые состояния, в городе строились огромные
здания. Благодаря выгодному расположению Нового Орлеана дела в нем шли хорошо и
после окончания Гражданской войны. Лишь в конце XIX века, когда вместо каналов и рек
главными транспортными артериями стали железные дороги, благоденствие Нового
Орлеана оказалось подорванным. Ко времени рождения Армстронга жизнь в городе
стала тяжелее. Новый Орлеан оказался как бы на обочине экономического развития,
в стороне от тех дорог, которые связывали богатые равнины Запада с рынками
городов на Востоке страны. Он становился все более провинциальным и отсталым.
Так же как в других американских городах, возникали всевозможные проблемы,
связанные с иммиграцией населения, хаотической застройкой и плохим управлением.
